Москва,
Тверской бульвар, 22
МХАТ им. М. Горького
Москва, Тверской бульвар, 22
Телефоны: +7 (495) 629 81 65, +7 (495) 690 20 84

«Слово»: Народный артист России Михаил Кабанов: «Я — сын русской крестьянки». 120 лет МХАТ

09.11.2018
120-я годовщина со дня рождения Художественного театра. Эта значимая дата в истории русского и мирового искусства подталкивает к мысли о необходимости представить публике, любящей театр, на юбилей, который отметил МХАТ им. М. Горького 27 октября 2018 года, ряд творческих портретов его ведущих артистов. Публике важно, что думают художники о задачах современного искусства, о том, как видится им назначение театра и актера, работающего под началом Народной артистки СССР Т.В. Дорониной.

Народный артист России Михаил Кабанов — сегодня крупный талант МХАТ им. М. Горького. Он поступил в труппу Т.В. Дорониной в самом начале ее формирования, когда первая волна молодежи вливалась в коллектив отвергнутых «стариков», 30 лет державших репертуар МХАТ СССР им. М. Горького и получивших под конец жизни «отказ от дома», запрет выходить на сцену «родных пенатов» в Камергерском. Отверженные, они единогласно выбрали Т.В. Доронину своим идейным лидером и, когда 1 октября 1987 года по решению правительства она возглавила МХАТ им. М. Горького как художественный руководитель-директор, приступили все вместе к возрождению Художественного театра.

Михаил Кабанов — артист, талант которого Т.В. Доронина оценила сразу. Диапазон творческих возможностей его огромен: почти в каждом новом названии растущего репертуара возрождающегося театра имя Михаила Кабанова значилось обязательно: Петя Трофимов — «Вишневый сад», Кулыгин — «Три сестры», Шипучин — «Юбилей» А.П. Чехова, ведущие партии в спектаклях по пьесам А.Н. Островского, Маслобоев — в «Униженных и оскорбленных» Ф.М. Достоевского, главные роли во всех спектаклях М.А. Булгакова, роли в пьесах Ю.М. Полякова. Зарубежная классика также не чужда актеру: «Дама-невидимка», «Школа злословия» Т. Шеридана, «Рюи Блаз» В. Гюго, Полоний в «Гамлете» У. Шекспира…

Напротив меня за столом сидит элегантный, щегольской выправки, изящно одетый мужчина, напоминающий по лепке лица, по манере держаться на людях великолепного МХАТовского актера, Народного артиста СССР Анатолия Петровича Кторова. Схожесть их подмечена давно, еще любимица театра костюмер Зоя Алексеевна, светлая ей память, сама — легенда МХАТ, говорила, что, когда она приносила Кабанову халат Кторова из спектакля «Школа злословия», невольно каждый раз вздрагивала от поразительной схожести актеров.

…Складно льется заразительная русская речь. Это ведет свой рассказ Народный артист России Михаил Кабанов.

— Скажите, Михаил, я слышала красивую сказку о мальчике-пастушке, который у костра, в «ночном», рассказывал друзьям истории, да так образно, что вводил их в состояние экстаза. Якобы так родная деревня выдвинула мальчонку в артисты. Это правда, это про Вас?

— Да. Было такое. Я родом из деревни под Брянском. Был пастухом, маме помогал. Она очень много, тяжело работала. А я все свободное от работы время проводил в деревенском клубе, отчаянно любил выступать на сцене. Фантазия была у меня необъятная! Гоголя проглатывал, зачитывался до умопомрачения. Он мне выдумывать помогал, я был неуемным сочинителем!
Из деревни я уехал в Брянск учиться театральному делу. А уже оттуда через несколько лет поехал в Москву. После окончания Школы-студии им. Щепкина в 1988 году пришел к Татьяне Васильевне Дорониной. На показе все и решилось: я стал артистом МХАТ им. М. Горького.

— Татьяна Васильевна неравнодушна к талантам. Талант из народа — для нее всегда огромная радость. Вам повезло, что Вы встретились с ней. Помните ее основополагающую мысль из «Дневника актрисы», вышедшего недавно третьим изданием: «Судьба русского актера неразрывно связана с судьбой России и ее народа. Для него театр — сама жизнь!»

— А мне еще очень нравится рассказ Т.В. Дорониной из «Дневника актрисы» о том, как тетя Маша в Эрмитаж ходила: «Какой интуитивной культурой, какой тонкой душевной организацией обладала ярославская крестьянка, — пишет Доронина, — которая в носках шагала по Эрмитажу, зажав валенки под мышкой!.. Она увидела сияющую живую красоту, созданную из дерева. Поразилась и, как полагается православному, поклонилась этой красоте… Она умела видеть». Это очень ценные размышления о природе красоты. Как глубоко проникает Татьяна Васильевна в психологию крестьянки! Не порвала свои корни, не отреклась!

— Да, красивый она человек! А что же был за спектакль, с которого началось Ваше служение русскому театру в МХАТ им. М. Горького?

— Начиналась моя актерская биография с первой постановки В.Р. Беляковича на сцене МХАТ им. М. Горького. Это было в сезон 1988–1989 гг. Спектакль назывался «И будет день...» по пьесе А.А. Дударева «Свалка». Пьеса отвечала запросам времени, в ней был пафос неприятия разрухи в стране. Мы работали с энтузиазмом. Спектакль имел сильное звучание благодаря твердой нравственной позиции режиссера. А параллельно шли репетиции чеховского «Вишневого сада». Это великолепная работа Народного артиста СССР С.В. Данченко, я играл роль Пети Трофимова. 9 декабря 1988 года была премьера.

— Почему именно С.В. Данченко, украинского режиссера Драматического театра имени Ивана Франко, Доронина пригласила поставить этот спектакль?

— Знаю, что Татьяна Васильевна очень дорожила этим творческим союзом. Сергей Владимирович Данченко был близок нашему театру как художник. У него был авторитет мастера высокой театральной культуры. Он благоговел перед А.П. Чеховым, ценил его стиль, музыку текста, умел выкопать потаенные, глубинные мысли произведения.

— Это классический спектакль русского реалистического театра, в котором поэзия и музыка чеховской драматургии обрели вторую жизнь.

— Спектакль воспринимался как огромная победа театра, потому что подготовка к выпуску шла трудно, хулители театра чинили козни, угрожали режиссеру, требуя, чтобы он отказался работать с Дорониной. С.В. Данченко не предал наш театр (как и Р.Г. Виктюк, поставивший «Старую актрису на роль жены Достоевского»), оказался почти единственным режиссером из приглашенных ею на постановку, кто не сбежал, кто поддержал Доронину в трудную минуту. Сергея Владимировича восхищал талант Татьяны Васильевны, они работали вдохновенно, он назвал ее лучшей Раневской в истории русского театра, гордился своим спектаклем.

— Вы обратили внимание на народность в позиции Т.В. Дорониной. Очень важно, что в пору тотальной пошлости и безвременья, когда многими людьми совершенно утрачено чувство принадлежности к своему народу, а деятели культуры настолько увлечены своим пустозвонством, что забыли о том, что никакое искусство не живет без осознания творцами причастности своей к народным корням, Т.В. Доронина в своем творчестве опирается именно на народность. И поэтому, она, задумав отстоять и уберечь русский театр от разрушения, сумела сделать это.

— Свидетельство тому — спектакль по повести Валентина Распутина «Прощание с Матерой». Он шел в МХАТ им. М. Горького 18 лет, и каждый раз, выходя на сцену, я испытывал щемящую боль в сердце, словно прикасался к ранам и боли народной. И в то же время испытывал чувство восхищения и гордости с мыслью о том, каким стойким, мудрым, добрым и щедрым душевно представлен в этом спектакле русский народ! Поставил спектакль режиссер Андрей Борисов, лауреат Государственной премии СССР, очень популярный тогда.

— С самого начала становления репертуара МХАТ им. М. Горького Т.В. Доронина ответила на предательство «коллег по цеху» собственной добротной режиссурой. Знаю из истории театра, что первой режиссерской работой Т.В. Дорониной стала постановка «Зойкиной квартиры» М.А. Булгакова. Премьера состоялась 24 июня 1989 года.

— Это была грандиозная работа! Кроме режиссуры Т.В. Доронина в этом спектакле играла и главную роль Зои Пельц. Спектакль получился очень острым, злободневным. Почему-то современные сочинители считают, что показать убожество текущего времени можно, только изуродовав, оскопив родной язык, их произведения обязательно должны быть насыщены злой циничной издевкой над человеком, твоим современником, превращенным в пошлое, тупое чудовище. Булгаков в «Зойкиной квартире» показал все: жесточайшая критика безвременья, уродство сломавшегося и развращенного человека, его отчаянное стремление во что бы то ни стало выжить любыми путями. И в то же время автор пьесы не отказывал в сострадании человеку, попавшему в беду. Спектакль дарил зрителю наслаждение красотой авторского текста, изяществом юмора, умными, тонкими наблюдениями над жизнью.

— Почему же сегодня его нет в репертуаре?

— Уже есть! Мы работаем сейчас над восстановлением «Зойкиной квартиры». Спектакль вот-вот должен выйти. И будет много новых работ молодых артистов. Надеемся, что театр не подведем.

— С этого спектакля, если не ошибаюсь, началась и Ваша личная булгакиада?

— Да. В любви Татьяны Васильевны к Булгакову есть особое проявление ее личности. Мы видели в ней какую-то непреодолимую тягу к Булгакову. Она не раз говорила: «Вольно или невольно Михаил Афанасьевич Булгаков для меня — мерило всего и вся». Что в Дорониной мне особенно дорого, так это то, каким вдумчивым, глубоким мыслителем, каким психологом и знатоком человеческой души она предстает, когда узнаешь ее как книгочея. Успешная режиссерская работа Дорониной с «Зойкиной квартирой» вселила в нас надежду и уверенность, что Булгаков – наш автор. Я очень много работал в постановках «Полоумный Журден» (их было несколько), переиграл роли почти всех персонажей, вплоть до женских, и могу сказать, что вижу в писателе родственную душу.

— Добрый друг! Но это действительно так, если помнить Ваши слова о любви к Гоголю. Ведь как беззаветно любил творчество Гоголя М.А. Булгаков, как поклонялся его таланту! Сколько общего видел он, сопоставляя себя с Гоголем! Близость и ваших натур налицо.

— Да, наверное. Одна потрясающая сценическая версия «Мертвых душ» чего стоит! Шедевр. Но мне хотелось бы сейчас не откладывать разговор о «Белой гвардии», которая вновь, после некоторого перерыва, идет на нашей сцене. Моя роль — Шервинский, любимая до боли в сердце. И вообще, весь спектакль — это поэма! По глубине осмысления жизни, по лицам и душам людей, по мысли о доме, о мире, о боли за разор родной земли… Наслаждение испытываешь, играя в этом спектакле. Актерский ансамбль отлажен. Если и говорить о мощности режиссуры Дорониной, то прежде всего я бы говорил о спектакле «Белая гвардия». Премьера первой версии состоялась 23 декабря 1991 года. Надо помнить, каким было то время, чтобы оценить по достоинству эту работу. По постижению масштаба проблем и решений, предложенных автором! С выходом спектакля Доронина написала: «Появление на нашей афише пьес удивительного русского драматурга — это не только дань преклонения перед именем М.А. Булгакова. Это и дань справедливости, и, может быть, шаг к возрождению истинных МХАТовских традиций, этики, культуры».

— И заметьте, Т.В. Доронина была первой, кто вывел на театральные подмостки сложнейшее и важнейшее для понимания происходящего в России произведение. А не открылось ли вам, когда мы говорили о любви к Гоголю, что по созданию образа России, по охвату самого понятия «Россия», по размаху ее духовной мощи, по умению, наконец, отразить это в величии русского слова — и Булгаков, и Гоголь духовные пастыри?

— Спектаклю «Комедианты господина Мольера» дала жизнь на сцене МХАТ им. М. Горького тоже Т.В. Доронина. Я играю Мольера. О чем моя дума и боль? О чем спектакль, в основании которого любимое детище Михаила Булгакова «Мольер»? Конечно о власти! Конечно о личности в истории, о ее битве с властью, о ее праве на волю таланта, о счастье любви! Спектакль трудный, спектакль изнуряющий, требующий полной самоотдачи. Да, на наших спектаклях душа оживает. И я благодарен Дорониной безмерно за счастье быть русским артистом. Именно этому Татьяна Васильевна нас научила. Бескорыстию служения искусству! Выход с нею на сцену — огромное испытание и счастье! Моя булгакиада на «Белой гвардии» не кончается. Есть еще «Мастер и Маргарита», спектакль В.Р. Беляковича. И моя в нем роль — Воланд.

— Думая о масштабе Вашего творческого участия в различных проектах театра, понимаешь, что все охватить невозможно в одной беседе. Творческая неуемность Ваша поражает. Ведь Вы снова посадили себя за парту. Закончив курс режиссуры в ГИТИСе (мастерская В.Р. Беляковича), Вы поставили два спектакля на экспериментальной сцене МХАТ им. М. Горького, так?

— Не два спектакля. Один по пьесе Мольера — «Жорж Данден, или Сон одураченного мужа», классическая комедия; другой — русская тема: «Студент» по малоизвестной пьесе А.С. Грибоедова. Еще раньше на Малой сцене мы создали спектакль «Мой бедный Марат» по давней советской пьесе Арбузова, возили этот спектакль в Череповец. Успех — оглушительный.

И, наконец, премьера самых последних дней в окончании сезона: мы выпустили спектакль по пьесе Юрия Полякова «Золото партии»! Эта режиссерская работа для меня — счастливейшая! Юрий Поляков — очень интересный автор, лучший драматург нашего времени! Очень зоркий взгляд на современный мир, глубокий подход к осмыслению жизни современников, неподражаемое чувство юмора! Как говорится, игра стоит свеч!

— Дай Бог Вам дальнейшей удачи! А что Вы думаете о состоянии труппы в целом?

— Знаете, наш МХАТ им. М. Горького для артиста — родной дом, в котором много любви, даже в тех, кто совсем недавно принят в труппу. Мы почитаем за высокую честь служить в нашем театре. Здесь много работают, так, как требует этого художественный руководитель, так, как делает это сама Т.В. Доронина. Вдохновляет нас сцена, то искусство настоящего русского реалистического психологического театра, которое она культивирует. Мы — счастливые люди. Мы – верующие люди! Мы убежденные творцы, и верим, что все, что нам удается сделать для зрителя, возвышает и нас и его. Мы призваны пробуждать в сердцах зрителей начала добра и света и стараемся всегда сделать это.

Беседовала Галина Ореханова, газета «Слово», 2–15 ноября 2018 г.