Москва,
Тверской бульвар, 22
МХАТ им. М. Горького
Москва, Тверской бульвар, 22
Телефоны: +7 (495) 697 87 73, +7 (495) 629 81 65

Опята из МХАТа

09.04.2019
В фойе МХАТ им. М. Горького расположен необычный фонтан. Сейчас он скрыт от взоров деревянной заглушкой, но время от времени его открывают, чтобы посмотреть и поразмыслить, как жить дальше. С фонтаном жить лучше, чем без фонтана – это факт, другое дело – как восстановить столь чуднУю, изрядно пострадавшую красоту. А удивиться есть чему – разноцветная, жизнерадостная, теплейших тонов гамма каких-то не то подводных кораллов, не то хатифнаттов расползлась грибницей по круглой «земляной» тарелке – это «Опята» – композиция Виктора Шевченко. Не зимние сады с матовыми белоснежными цветами-светильниками, которые здесь тоже водятся, а отнюдь веселые грибочки из сульфидно-цинкового, переливчатого стекла. А что, в лесу иначе?

Ничего не было чуднее, волшебнее и моднее в 1960-70-х годах этого стекла ни в прикладном искусстве, ни в быту. Бесконечно разнообразная и подвижная стекломасса, внутри которой всегда что-то происходило, хочешь выдувай, хочешь лепи, была изобретена в 1957 году на Ленинградском стекольном заводе. Свобода и органика у нее такая, будто дело происходит в каком-нибудь Китае с нефритовыми почками и яшмовой печенью.

Относились к материалу художники сначала сугубо утилитарно, а потом знаменитая супружеская пара Лидия Фомина и Тимур Сажин, вылепив первый стеклянный цветок, пустила его в архитектуру (ДК ЗИЛ). И понеслось. Целая плеяда блестящих художников поднялась на сульфидно-цинковых дрожжах, среди них – Виктор Шевченко.

Шевченко приступил к стеклу в 1964 году, как пишут, по-особому – монументально, тектонично, ансамблево, театрально, что ли. По-Станиславски и по-Кубасовски, если иметь в виду наш фонтан. Там густые, сочные грибы-налепы будто во сне «видят» складки фасада. Фонтан во МХАТ им. М. Горького и витражи гостиницы «Националь» – две архитектурные визитные карточки художника.

Новая волна русского модерна-модернизма впитала, помимо предсказуемого – славянской и христианской мифологии и декора – неожиданные штудии юных натуралистов, следуя прямо по-пионерски за матушкой-природой, где глубина-толщина, свет-тень, купина и тычина – все работало вроде как и не на художника вовсе, а через него. Поэтому «Нерль» и «Слово о полку Игореве» соседствуют у Шевченко с «Кострами» и «Метаморфозами» также органично, как посад с лесом или традиция с революцией.

Виктор Яковлевич Шевченко родился в 1935, закончил художественное училище в Ворошиловграде, потом Мухинское в Ленинграде и стал одним из корифеев советского художественного стекла, обладателем премии на Квадриеннале прикладного искусства социалистических стран в Эрфурте, участником многочисленных международных выставок в Монреале, Лондоне, Бухаресте, Берлине, Праге, Нью-Йорке, Вашингтоне ... Работы Шевченко находятся в Эрмитаже, Русском музее, много их в Музее ДПИ, Историческом, Музее-усадьбе «Царицыно».

Во время создания мхатовского фонтана Шевченко работал на Дятьковсом хрустальном заводе. А потом стал главным художником на легендарном заводе «Красный май» в Вышнем Волочке, где еще в 1946 году были, с помощью вновь изобретенного трехслойного, сверхпрочного рубинового стекла отреставрированы побитые фашистом кремлевские звезды. Оба завода уничтожила перестройка, остатки сульфидно-цинковой красоты до сих пор распродаются в антикварных лавках, но оглянитесь, в родительском доме непременно найдется какой-нибудь горшок-цветок, не исключено, что – авторства Шевченко, самого многожанрового и изобретательного из сульфидных художников.

На заводе Шевченко делал все – от уникального, ручного, до широкой многотиражки. В 1963 году разработал рецептуру шамотных красок и стал декорировать стекло цветной пастой. Особенно хороши у него разноцветные штофы, но, если посмотреть альбом «Свободная пластика стекла» 1978 года, то «среднего» Шевченко, кажется, и нет.

Как многие художники, Шевченко работал бок о бок с женой, Мироной-Татьяной Грабарь, феерическим мастером хрусталя. Смотришь, и не знаешь, как можно изучать архитектуру советского модернизма без графинов и ваз. Рассказывают, что шивала жена мужу костюм за костюмом с легкой, едва уловимой разницей в оттенке вельвета. Шевченко был неотразим. Он умер в одночасье, в 2011 году. Его друг и коллега Тимур Максимович Сажин пришел в МХАТ и показал единственную фотографию работающего фонтана – кажется, из единственного альбома. К счастью, альбом еще можно достать, и, надеюсь, он скоро будет у нас.

Юлиана Бачманова, 6 апреля 2019

Фото: Ирина Алимова