Москва,
Тверской бульвар, 22
МХАТ им. М. Горького
Москва, Тверской бульвар, 22
Телефоны: +7 (495) 629 81 65, +7 (495) 690 20 84

О спектакле "Женитьба Белугина"

01.06.2007

Вот это – по-нашему!

 В спектакле два жизненных пространства и два сценических: старорусское-теплое, простое, душевное-дом и семейство Белугиных, где  ведут себя естественно и открыто. И иное пространство – семейство Карминых – с заявкой на изысканность, где манерничают  по-светски и просто так. Режиссер делает акцент на общем фоне спектакля – он напоминает павлопосадский платок, хохломскую роспись и ивановские ситцы, иными словами – русский художественный промысел. Поэтому можно говорить о режиссерском стремлении акцентировать внимание на русской культурной традиции как, на определяющем обстоятельстве замысла. В соответствии с авторским драматургическим сюжетом – это очень точное режиссерское смысловое решение. По мысли режиссера Дорониной, светско-европейская культура – это культура, которая не может  прижиться на уже освоенной национальной  почве.
Главное действующее лицо – Андрей Белугин (А. Чубченко). Он существует в русской традиции: по сердцу, по душе. Герой Чубченко – оказывается способным на сильные эмоции, но его подход к роли напротив – сдерживание эмоций. Игра на контрасте – вот ход к роли Белугина. Он то от переполняющих его эмоций, связанных с состоявшейся помолвкой, подхватывает на руки Агишина, то (точно по смыслу найденный актером  жест) в финальной сцене объятий с женой, напротив словно робеет и его руки застывают перед обретенной  наконец женой.  Елена Кармина в исполнении Елены Катышевой  - светская дьвица, «в ее манерах видна избалованность и привычка повелевать» (Катарина по-русски, никак не меньше), но почти всегда внутренне растеряна перед обстоятельствами, в которых оказывается. В спектакле она выходит замуж от обиды на Агишина, от досады, а никак не по расчету. А опомнившись от очарования агишинского «чего-то» обнаруживает, что оказалась замужем, да так, что еще и позавидуешь.
Наполненные достаточно продолжительные паузы создают ровный, размеренный ход сценического действия. Артисты выдерживают заданный тон и темп спектакля. 
Происходит создание общей со зрителем атмосферы света, теплого юмора. В начале спектакля – теплый, добрый юмор присутствует на стороне семейства Карминых, а юмор иронический связан с семьей Белугиных. По ходу действия спектакля все меняется. Высмеивается зло в лице Агишина – это герой, который и является заносчиком чужеземного на просторы родной культуры, это другое общество, круг и способ общения. В начале действия спектакля он был свой семейству Карминых, а к финалу происходит соединение семейств Карминых и Белугиных, возвращение к русской традиции. Агишину ничего не остается, как возвращаться к себе в Петербург, где в логике Островского у него уже где-нибудь припасена богатая купчиха, а то и не одна.
Самые добрые и светлые ноты спектакля созданы актерами, исполняющими роли родителей Белугина - Кочкожаров и Стриженова. В финальной сцене примирения они так искренне радостны, что веришь, что они действительно родители и действительно счастливы благоприятно завершившейся ситуацией. В этот фиальный момент, венчающийся поцелуем, зритель вместе с отцовской радостной фразой: «При родителях-то!» счастливо вздыхает: «Ну, слава Богу!». Вот это – по-нашему!